Эмпат. Древний храм.

Случилось это в 2013 году. Илья тогда решил отойти от всех своих дел и поехать в один из малоизвестных монастырей в Крыму.

На самом деле, это даже не монастырь, а обычная община была, которая жила по монастырскому уставу при старом храме. В действительности, храм был не просто старым, а самым древним, а потому заброшенным и только сейчас появилась возможность его восстановления. Вот он и решил помочь общине в их бытовых и хозяйственных вопросах.

Однако, получилось так, что когда он принял решение остаться в общине, настоятель храма, отец Серафим решил уехать в паломническую поездку по дальним монастырям России и Белоруси, проведать своих давних знакомых да и просто побывать в святых местах.

Вот так и вышло: Илья, будучи мирянином и не имея никакого отношения к управлению общиной, остался один на один со всеми жителями общины.

А в монастырь, как вы понимаете, просто так люди не уходят. И чаще всего они уходит из мира в обитель Божью, дабы быть защищенными от себя самих Богом. Настоятель же, будучи лицом главным в общине и ее руководителем и духовным пастырем, живет единым миром с общинниками и не просто живет их жизнью, но и являет с ними одно целое.

А своими молитвами он помогает им на их Пути к Богу в обретении веры и любви.
Вот и получилось так, что отец Серафим убыв из общины на продолжительное время, оставил вместо себя Илью, который был смышлен и разумен.

Для решения всех бытовых, хозяйственных и прочих вопросов Илья должен был испрашивать благословение каждый раз у отца Серафима. Но, связь не всегда была с ним, поэтому ему было поручено на свое усмотрение хозяйственные вопросы решать самостоятельно.

Однако, за пределы подворья храма из общины выходить не велено было. И хотя подворье храма располагалось в населенном пункте, выйти можно было только лишь в случае самой крайней необходимости.

И на то были свои причины, которые нет смысла обсуждать.

Ведь сутью пребывания при храме было послушание. А именно за этим он и прибыл сюда. Работы физической хватало и даже с избытком. Были моменты, когда он роптал на то, зачем ее выполнять, но вспоминал что вместо ропота необходимо перезагрузить ум и сосредоточиться на молитве (Иисусовой или Богородичной) и как только делал это — тут же все выравнивалось и силы эмоциональные и физические восстанавливались.

Все хорошо, если бы только не приходилось ему проживать при этом разные странные эмоциональные и физические состояния. Пройти их помогала чудотворная икона БогоМатери «Знамение», находящаяся в храме.

А когда ты стоишь в метрах семи от Нее и даже на это расстояние волнами это благовоние расходится? Не чудо ли это?

А когда тебе плохо и ты уже не в силах пережить происходящее, приближаешься к ней и Она тут же успокаивает твой внутренний мир и в миг все становится ясным и понятным, вдруг все разрешается за считанные минуты — не чудо ли творится в такие мгновения?

Когда ты стоишь в храме и внутреннее его пространство словно домом твоим является, и тебе спокойно и комфортно — не чудо ли? Знаете, сколько таких мгновений пришлось пережить ему за два с половиной месяца что он провел в общине при храме пока не вернулся из поездки отец Серафим?

Множество мгновений, безчисленное множество.

Всякое было за то время — и сложности и радости, переживания и страхи, благодарственные моменты и понимание происходящего, утрата самого себя и обретение единства. Это не просто слова, это пережитое состояние от которого ты словно обретаешь новые силы и полностью обновляешься.

Но, не возможно наполнить себя новым, не очистив от старого. Вот об этом очищении и пойдет речь в этой истории…

***
Для удобства я буду приводить записи из дневника, сделанные Ильей. Может они и не будут столь интересны вам, но в нашем случае необходимы для того, что бы сопоставить всю хронологию событий.

Ведь дело было не только в том, что ему пришлось «включиться» в судьбы всех присутствующих, но и проживать свою судьбу, не разделяя ее от других. Далее повествование пойдет от первого лица, так легче будет понять, что все таки происходило и как все сложилось далее. Итак, дневник…

Найдя топор и собрав колья, пошел забивать их и подвязывал к ним стебли растения. И хотя уже несколько недель стояла невыносимая жара и ничто не предвещало дождя, я подумал, что следующим днем может пойти дождь и стебли растений, не подвязанные к кольям, припадут к земле и повредятся.

Вечером сидя на скамье у храма, разговаривали с отцом Серафимом. О чем говорили — уж и не припомню, но я в тот момент подумал о том, как старец Паисий Святогорец одним лишь помыслом своим дождь испросил у Бога!?

А утром я проснулся от того, что шел дождь за окном. Как это получилось — не знаю. Может я днем накануне его просто предугадал, а может таким образом проявило себя пространство древнего храма и Бог дал мне еще одно подтверждение святости этого места. Ведь все, о чем подумаешь — легко могло сбыться здесь и не всегда это влекло положительный эффект.

Например, можно было глядя на не убранные дикие камни, лежащие на подворье, подумать: отчего они здесь лежат, почему их никто не уберет? И тебя зовет эконом и говорит: пора, братец, эти камни убрать со двора. Бери-ка ты тачку да грузи в нее эти камни и вези их в конец огорода. Там сложи их и пусть ждут своего череда.

А зачем они там нужны? Ну, отвезу я эти камни, потрачу пару-тройку дней на их перетаскивание, сложу их там. И вдруг понадобятся они строителям и снова их везти обратно.

Мало ли дел нужных, которые важнее перевоза камней? Ан нет, вези ты эти камни и не перечь ни себе ни эконому. В том-то и послушание заключается, что бы выполнять то, что тебе поручено не обдумывая последствий.

А что во время послушания делается с человеком? Чаще всего — он ропщет. Расстроенный тем, что ему приходится порой выполнять безсмысленную работу, он погружается в свои мысли и переживания.

А эти мысли и образы, которые преследуют его — и есть те самые бесы, которые отвлекают его от самого важного — внутренней концентрации на молитве, на образе Божьем, который он должен хранить постоянно в самой глубине своего Сердца (читай Души).

В том-то и заключается смысл послушания, что бы не расстраиваться, т.е. из целого не становиться отдельно телом, теряя связь с душой и духом. Быть целым, триединым (тело, душа и дух как одно целое) — значит быть с Богом, а расстроиться — значит потерять целостность, утратить связь с Богом в себе. Вот для чего нужна молитва при послушании.

А чем является послушание для мирянина. Ну, с общинниками и монахами нам понятно все — они послушание несут при храме или монастыре, будучи подопечными своему духовнику — отцу Серафиму. А как же быть тем, кто в миру? Там ведь некому дать поручение тебе.

Не пойдешь же ты в храм, к батюшке и не испросишь у него благословения на то, что бы он тебе поручил выполнить твою же работу. Ты сам знаешь, что дома нужно убрать и приготовить пищу, а во дворе — навести порядок. На работе — выполнять свои служебные и должностные обязанности. Это и есть послушание мирянина.

И кто думает, что в монастыре легче — разочарую, в монастыре — намного сложнее. Но и в миру, проживая каждое мгновение своей жизни осознанно, мирянин несет послушание перед самим Богом, ибо Он проявлен по всем, что окружает человека — в его внешнем мире и во внутреннем. Бог и послушание — вещи неразрывные и неразделимые. Но, только лишь тогда они таковыми являются для нас, когда мы помним о Боге.

А где мы храним память о Нем? В своем Сердце, в самой Его глубине. Ведь наше духовное Сердце и есть сам Источник. Именно в Нем и пребывает изначально Бог. Вот и выходит, что пока вы способны быть сосредоточены на своем Сердце, помнить что Оно является безмерным вместилищем Единого — тогда и дела ваши будут спориться и идти согласно с волей Единого.

Случилась однажды такая история: прихожане храма пришли к источнику целителя Пантелеймона, находящемуся неподалеку от монастыря. Возле него они встретили местного татарина, исповедующего ислам.

Год тот был очень засушливым и источник иссяк, выдавая совсем немного воды. Татарин тот нервно заметил прихожанам, желающим набрать воды из источника: скажите своему попу, пусть помолится Господу о дожде.

И хотя сказано это было со злобой, вернувшись обратно в храм, рассказали о происшествии отцу Серафиму. По воле случая (хотя у Бога случайностей не бывает) в этот день был отслужен водосвятный молебен и через некоторое время после молебна тучи заполонили небо и грянула гроза.

Вот такие тоже случаи бывают там. Может и я, грешный, попросил не один, а все просили, но каждый по отдельности и наши просьбы исполнились проливным дождем следующего дня.

***
Вот краткая хронология истории храма:
1 в н.э. — катакомбная церковь первых христиан;
560 год н.э. построенная над катакомбной церковью базилика освящена в честь св. Марии Магдалины (были неоднократные явления Марии Магдалины молящимся);
1345 г. — переход храма в армянскую православную церковь;
1410 г. — освящение храма в честь Нины Иверской;
1483 г. — храм снова становится армянским и в этот же год наблюдают знамение — явление Христа во храме;
1792 г. — храм освящен в честь иконы БМ «Знамение», а в 1864 храм расширен двумя приделами и древняя базилика была заложена стеной из дикого камня, которая и скрыла от многих маленький древний храм в строении расширенного храма.

Только лишь в начале 2000 годов при очистке внутреннего пространства храма была обнаружена старая кладка, убрав которую реставраторы и обнаружили сокрытый на два столетия алтарь древнего храма Марии Магдалены.

Может быть это оттого, что сама Преблагая БогоМатерь присутствует незримо всегда в своем храме, обстановка — домашняя и родная.

Этот храм — единственный из известных мне, который находится не на возвышенности, а в самой низине — в русле древней реки и расположен над двумя пересекающимися тектоническими разломами. Под храмом есть огромные пустоты, а подземные галереи уходят в обе стороны от него на расстояние в несколько километров, туда где ранее располагались два монастыря — мужской и женский.

Когда вели поиск воды на подворье храма и делали шурфы, обнаружилось что кладка фундамента храма уходит вглубь на 3,5 метра. При проведении зондирования почвы было установлено факт нахождения под храмом огромных полостей — пустот, похожих на рукотворные помещения, расположение которых уходило в обе стороны от храма по одной линии в виде огромного коридора к ближайшим горным возвышенностям, на которых находились в свое время мужской (с одной стороны) и женский (с другой стороны) монастыри.

Службы в храме проходят удивительно душевно. С утренними и вечерними службами храм наполняется уютом и душевным светом. Он и днем наполнен ими, безусловно, но вечерние тихие службы — это нечто… А общинники — как одна большая семья.

С утра иногда начинает «колбасить» на службе и появляются разные мысли: зачем тебе это нужно? что ты здесь делаешь? а истинно ли все это и мое пребывание здесь? а не ложный ли Путь я выбрал? А ты себе отвечаешь: так я его, путь этот, еще даже и не выбрал, а мысли уже пришли и не отстают. Значит Путь мой — истинен и ложным быть не может.

Я вообще заметил, что когда такие мысли появляются — значит правильно все делаешь. Если принял решение и к тебе при этом приходит сомнение и верности твоего решения, а ты при этом знаешь, что никакого вреда себе и другим не доставишь этим — значит все верно, значит правильный Путь был выбран и следует его пройти до финального завершения.

Стоит об этом помнить всегда. Где сомнение — там и вера, а где вера — там Любовь, а где Любовь — там Бог. И Бог проявляется и в Любви и в вере и в сомнении, просто не нужно забывать об этом и тогда сомнение рассеется.

***
Да, здесь нет особых бытовых условий к которым я привык. Но, здесь есть то, чего мне не хватало всегда в миру — возможности пребывать в единстве с Богом и физически (посещая службы в храме) и душевно (помогая общинникам) и духовно (пребывая в вере верности своего решения).

И на всех этапах моего взросления покуда я был в общине, я чувствовал, видел, ощущал незримую поддержку БогоМатери, к образу которой я стремился попасть каждое свободное от работы мгновение: утром, днем вечером…

Благодаря этому я был и остаюсь един и с Ним и с Ней как на протяжении того периода, так и все последующее время. Меня словно аккумулятор «зарядили» на всю оставшуюся жизнь и дали возможность посвятить им свое служение миру и Единому. Просто быть полезным )

10 июля в Артек приехала Эля, моя знакомая из Лос-Анжелеса. Мы договаривались ранее о том, что она приедет и сообщит мне и мы встретимся. Но, это было до того, как я поселился в общине.

Рассказал об этом о. Серафиму, но благословения на поездку в Артек не получил от него. Он запретил вообще куда-то мне отлучаться с подворья храма. Но, он дал благословение на то, что бы те, кто посчитает нужным приехать ко мне на встречу, могли остановиться на несколько дней в общинной гостинице — так называется небольшой домик для размещения трех-четырех человек, стоящий на подворье.

Они могут приехать и получить разрешение своих задач уже здесь, с помощью и при незримой поддержке Пресвятой БогоМатери, которой и посвящен храм. С точки зрения логики — это абсурдно, приглашать в общину тех людей, которые нуждаются в том, что бы встретиться со мной и разобраться со своими задачами. Но, я ведь сам этого хотел, желая таким образом привлечь внимание людей к храму и иной подаче проведения встреч.

По всей вероятности, я с этих встреч иметь дохода не буду, ведь все что будет решено — будет решено без моего участия. Однако ведь, я здесь нахожусь не за тем, что бы нарабатывать капитал, а пребывать в служении Единому. Я здесь нахожусь в послушании и потому мне просто нужно быть рядом с человеком, не мешая ему отыскать решение своей задачи самостоятельно. Просто в качестве поддержки, если уж на то пошло, просто быть рядом.

А что бы окончательно понять, для чего я здесь на самом деле нахожусь, мне необходимо в свою очередь находиться рядом с о. Серафимом. С ним какая-то интересная незримая связь существует. Он воспринимает меня как равного, и считает, что я достоин стать монахом. Я же не сопротивляюсь, но и не соглашаюсь, помня о том, что моя задача все таки — это жизнь в миру и именно там и следует выстроить свое отношение к Богу.

Это что-то вроде внутреннего монастыря, построенного не на запретах и ограничениях, а на любви и служении Единому. Внешний мир — это жизнь в миру, а внутренний мир — это жизнь посвященная Богу. Но, Бог проявлен во всем — и во внутреннем и во внешнем. А поэтому, служение Единому не может быть только лишь внутренним или внешний. Оно должно быть единым и целостным.

Уповая на Бога, верю что все это не может быть случайным и во всем есть Его воля и промысел. Пришел к выводу, что сейчас мне связь с внешним миром не нужна. Наличные деньги закончились, а те что должны были поступить на карту — еще не поступили. В общем, я без связи и без денег.

Рижане, которые пригласили меня приехать к ним в сентябре на комплекс проводимых семинаров и встреч волнуются. Что же, пусть будет как будет, если нужно — попаду в Ригу и при необходимости оформлю и визу за несколько дней.

Если же этого согласия нет — значит ты сам себе запретил в этом. А в моем случае, без благословения не возможно пока совершить ни одного действия. А это говорит о том, что путь один — в послушании. Если же я откажусь ему следовать — то не выполню ту задачу, которую передо мной поставил Бог.

Отказ — это внутренний конфликт. И дело тут вовсе не в религии, а в моем отношении к Единому, пребывающему во всем, и в том числе к самому себе — ведь Он и во мне тоже проявлен. Поэтому, остается лишь действовать не меняя событийности, наблюдая за происходящим. И как только появится нужный момент — воспользоваться им.

***
Одно могу точно утверждать: Бог правит моей жизнью. Если проследить события в жизни, то обнаружим что между ними всегда есть видимая связь. Вот и мое появление в общине — тому подтверждение, пусть и сложно объяснимое.

А это значит, что мое пребывание при храме имеет немаловажное значение и для храма и общины и для меня самого в целом. И я верю, что в действиях о. Серафима проявляется сам Всевышний и Его Святой Дух, подсказывающий мне как и куда идти. Не сделаешь — не познаешь!

***
11 июля. Интересно наблюдать за сходством в женских одеждах. К примеру, йога сейчас в моде, и все приверженцы йоги носят новомодные женские одежки — цветные широкие длинные юбки, свободные блузы.

И как ни странно, йоговские женские наряды очень похожи на женские одежды православных паломниц. Сходства по сути — ни какого, но настолько они схожи между собой, что сложно описать.

С одной стороны просторные одежды йогинь, а с другой стороны — свободные длинные платья и блузки православных паломниц и послушниц, пребывающих в общине о. Серафима.

Первые — новомодны и попросту популярны в определенной среде, привлекающие внимание публики своей яркостью, а вторые — старомодны и совершенно не популярны в миру. И как не странно, именно вторые — ближе к Богу. Я могу и ошибаться, это всего лишь мои наблюдения и выводы, но для меня они очень занимательны.

Из разговора с о. Серафимом становится понятным, что он меня готовит к будущему постригу, видя мое предназначение в монашеском служении. Но, выдержу ли я все искушения и не сбегу ли в мир?

Мне сейчас очень не просто. С одной стороны я получил то, о чем только мог мечтать: жизнь по монастырскому уставу, дивный храм в котором молитва становится особенной в тебе самом и духовного наставника в православном молитвенном делании. Но, меня это и пугает.

С другой стороны, я уже не могу находиться в миру. Мне там тесно и малоинтересно. Я осознаю, что Всевышний готовит меня к чему-то важному. Но к чему?

В чем особенность монашества. Ранее, в юном возрасте я думал что в монастырях спасаются — спасают свои души от мирских грехов. Позже — что там спасают чужие души, те кто молится о них. А теперь я понимаю, что монах (греч. «моно» — один) — это не просто «один», но «один в поле воин против рати своих грехов».

Он и оружие и воля и сила Божья в молитве и вере Единому. Но, что бы выстоять против всей рати нужно быть богатырем Духа Святого.

А если Всевышний сподобит, то все что понадобится снова будет у меня. Вещи всегда можно купить новые. Правда для этого необходимо будет иметь деньги, но если на то будет воля Божья — и деньги будут для приобретения вещей. Так что терять мне нечего, кроме оков из своих вещей ))

В чем же суть все таки того, что я должен быть монахом? В том, что монах имеет веру, которая наполняет его внутренний мир и весь окружающий его внешний мир. Этой верой и любовью он и должен являться сам, «фонить» ею, «транслировать» ее окружающему его миру.

Но, монах не должен разделять себя и свои внутренний и внешний миры. Он должен быть един и целостен во взаимодействии тела, души и духа через послушание и служение Единому.

И не важно выглядит он «по-монашески» или одет в мирское. Важно что бы молитва, как вера осознанная пребывала в нем всецело и постоянно. Потому и важно настолько умно-сердечное молитвенное делание.

Мы никогда не говорили с о. Серафимом о молитвенном делании и умно-сердечной молитве. Но, я всегда знал что он знает обо мне больше, нежели кто-то другой.

Разговаривали вечерами порой на разные темы, не касающиеся религии и касающиеся ее напрямую.

Правда, он часто вел беседу скорее как с тем, кто может выслушать, а не наоборот. Но, я в своей деятельности к этому привык и с радостью и любовью слушал все то, о чем он мне рассказывал, лишь изредка вклиниваясь в поток его слов и высказывая свою точку зрения.

Расхождений во мнениях у нас, как правило, не было. Ему был понятен я, а мне — его непростой внутренний мир, которым он делился со мной как с другом.

***
В своей прошлой деятельности, проводя индивидуальные встречи как психокорректор, я менял мир одного человека. Не то, что бы я менял его мир — его мир менял через меня Бог. При этом я получал возмещение своих энергозатрат и эти деньги шли на оплату питания и проживания в необходимых мне условиях. Что изменилось теперь?

Бог, как и прежде, меняет мир мой и тех, кто находится рядом со мной. Но, я в этом уже не принимаю такого активного участия, как прежде. Я не знаю, какой Путь уготовлен мне Всевышним, но если я готов к тому, что бы во имя Единого приходить снова и снова в этот мир — значит я готов к служению Ему.

***
А еще один факт в пользу монашества — я без семьи. Если бы Всевышний считал необходимым в том, что бы у меня была семья — она бы у меня была. И дети тоже. А так не семьи, не детей нет. Выходит что семья — не для меня?

Я не умею зарабатывать деньги для семьи, что существенно расстраивало всех моих женщин. Я не лентяй, но у меня нет коммерческой сообразительности. А вот, что я умею делать — так это быть терпеливым. Во всяком случае, я так считаю.

А кому необходимо мое терпение? Жене которая будет «выносить» мне мозг? Не думаю. Богу? Вероятно. Ведь «привести» к Нему человека — не так уж и просто. Нужно в себе иметь глубокую веру в этого человека.

А это и есть терпимость и смирение, где веря и является основополагающим качеством Любви. Смиренный становится храмом, в котором пребывает Бог. Смирение и есть дар Божий.

***
12 июля. Сегодня праздник святых апостолов Петра и Павла. Я много думаю над тем, кому я нужен и какую пользу миру я могу принести. В миру есть люди, которые хотят познать Сущего. Но, я им не нужен столько, сколько нужен тем, кто находится сейчас в общине и в лоне церкви православной.

Кто приходит в церковь? В большинстве своем неимущие, но все же желающие в первую очередь спасения своей души и приобщения к Богу. И именно им я могу быть призван ко служению. Весь мой потенциал психолога может быть с легкостью используем в лоне церкви на благо обретения прихожанами веры в себе.

Не в этом ли польза от моего пребывания здесь? И, если я прилежно исполню волю Всевышнего в этой части, то Он даст мне другое послушание. Итак, вывод: в настоящий момент мое послушание Богу заключается в необходимости пребывания при храме, оказания помощи о. Серафиму и всем общинникам.

***
Для себя же я хочу испросить у Бога дар помощи от одержимостей. Возможно, я пребываю в прелести относительно себя самого и своих возможностей, но все же, исходя из опыта прошлых лет, все в жизни приходит как подтверждение, а не как обучение.

А это значит, что дар этот уже есть и его следует лишь раскрыть в себе и это возможно только по воле Божьей и при постоянном стяжании Духа Святого.

13 июля. Ну вот, все кажется и стало на свои места. Моя физическая работа в общине — это и есть служение Богу и я должен всегда помнить о Боге и пребывать в постоянной молитве. Так до этого все так и было, правда я на какие-то промежутки времени утрачивал слышимость молитвы в себе, но все же она снова появлялась.

Да, у меня бываю провалы в памяти, но все же я стараюсь сохранять всегда сосредоточенность внутри себя. Надо описать сам процесс молитвенного бдения для тех, кому это будет интересно в последствии. И, хотя он описан уже неоднократно в писаниях святых отцов православной церкви, лишним описание не будет. Это уж точно.

15 июля. Потерял плетеный браслет, в который зашиты были молитвы. Браслет нашел и вернул мне Женя — наш временный поселенец и отчасти электрик. Я понимаю, что браслет ему не нужен, но это было знаком для меня.

Накануне я его мысленно попрекнул за то, что он много есть а работы выполняет меньше всех. А вот теперь стало понятно, что человеку иногда дается кредитом и он потом возвращает этот потенциал через свои поступки.

Но, если о человеке нехорошо, то это разрушит его самого и тот светлый образ, которому он стремится соответствовать. Подумай о человеке плохо — он плохим и станет. И в этом твоя вина будет, твоя заслуга. Вот почему стоит всегда думать о людях хорошо.

Тогда и люди добрее и чище душою будут. Вера же в проявление Божье в человеке его сподвигает на правый путь. И не потому ли иногда (а может и часто) нам дается кредитом из будущего.

***
И еще: утром еле-еле встал. Хотелось домой. Сразу стало понятно, что внутренняя брань усилилась. Когда у тебя мысленно возникает вопрос: что я здесь делаю и где мои вещи? — это значит, что все идет по плану и Божьему провидению день прошел не легко, но как всегда вечерняя служба «смыла» остатки усталости.

Вот, пишу о том что было не легко, а ведь на самом деле весь день был проведен на пределе. И даже не объяснишь никому, каково тебе было.

***
Одна только и спасает каждый раз — Образ БогоМатери к которому прибегаю за помощью. Подойду к чудотворной иконе, преклоню колени и стою так долго, беседую с Богородицей. А она как мама успокаивает и утешает меня незримо.

Самому-то понятно откуда и как все это возникает. Я-то ведь постоянно контактирую с общинниками, и все их мысли и все их отношение к жизни и к самим себе проживаю как свою жизнь. И не остановить этого процесса, ведь за пределы подворья храма уйти нельзя, а оставить подворье и ослушаться наказа о. Серафима — возвеличить свою волю над волей Всевышнего.

Значит не справился я с таким простым заданием как проживание в общине при храме. А что тут говорить, если с таким заданием не справился, то куда уж мне мечтать о даре исцеления? Вот и прибегаю снова и снова под покров Богородицы.

Захватил с собой книгу и четки, взял на всякий случай в авто веревку страховочную (вдруг придется коров вести обратно за рога) и повел их на склоны горы что за монастырем находится неподалеку. Первый день выпаса прошел весьма успешно. Было интересно наблюдать за коровами.

А еще интереснее стало тогда, когда увлекся чтением, а коровы разбежались в разные стороны. Пришлось их догонять и собирать в кучу. Проанализировав почему так вышло, пришел к выводу что во время чтения увлекся и утратил способность быть сосредоточенным умом в Сердце. А именно там и происходит молитва.

Потом молитва переходит из слов в состояние и ты ее просто чувствуешь. Как это происходит — описать и трудно и легко. Просто у каждого из нас своя образная система восприятия и согласно ей мы и даем определения тому, что проживаем.

Для одного, к примеру, понятие «прожить» — значит буквально прожить, участвуя в событии, а для другого «прожить» — значит почувствовать, ощутить. А третий и вовсе понятие «прожить» воспринимает как мысленно прожить, без событий и чувств. У него эти события и ощущения, рождение и умирание чувств и эмоций происходят внутренне. Это и есть разность восприятия действительности.

Но, и это не финал. Когда проходит и эта стадия молитвенного делания, наступает следующая, в которой молитва становится созерцательной. Ты просто знаешь, что Бог есть все и Он проявлен всюду. и Ты не разделяешь Его и себя, ты един с ним.

Это можно воспринять как возвеличивание себя, но это не является возвеличиванием. Это нормальное и естественное состояние человека, пребывающего в вере и в силе Божьей.

Иногда это состояние может утрачиваться, но никогда о нем не забудешь. И, даже если вдруг оно утратилось — оно всегда вернется. Нужно лишь для этого вновь начать все с начала: читать молитву словами, умом и Сердцем.

А что бы не утрачивать взаимосвязи с Единым, следует всегда свое внимание держать в самом центре своего Сердца, в Центре Мироздания. И тогда сила Источника, сила Единого проявится в жизни молитвенника, ведь он являет собой одно целое с Источником, с Богом.

И эта молитва может быть названа созерцательной, ведь человек пребывает в постоянном созерцании образа Божия в себе, не разделяя себя и Его, проявляя Его волю и следуя Его промыслу.

Так и я, на выпасе коров утратил эту взаимосвязь, увлекшись чтением книги и коровы тут же разбежались в разные стороны. А это говорит том, что когда человек чем-то занят и при этом забывает о Боге, о созерцании Его образа в себе, о единстве с Ним — тогда все события в его жизни утрачивают баланс и гармонию и начинается хаос.

И, что бы выйти из состояния хаоса, нужно всего лишь восстановить в себе гармонию, целостность и единство с Богом. Вот для этого и нужен нам созерцательный образ Единого в себе, память о Нем, вера Ему.

Сегодня, 20 июля — день моего рождения. Считается, что это самый сложный день в жизни человека. Происходит его внутреннее обновление и потому этот день очень значим для каждого человека.

Было очень приятно до самой глубины души, когда сестры общины подарили мне иконку апостола Иоанна Богослова, почитаемого мною особо среди всех Христовых апостолов. Подаренные мне ими цветы я оставил под Знаменской иконой Богородицы.

***
Как же все таки тяжело расставаться. Настя на меня обижена, хотела наговорить грубостей, но сдержалась. И слава Богу, что сдержалась. А что я мог ей дать? Обещание, что все изменю в себе? Так это нужно ей в себе меняться, а не мне.

Вспомнить хотя бы только тот случай, когда мы проходя по улице в Севастополе, встретили нищенку, просящую денег. Я решил дать ей денег и на мгновение задумался: дать ей две гривны или двадцать. Вынул двадцатку и подал ей, и в момент передачи денег за одно мгновение прожил все то, чем живет этот человек — всю боль, ограниченность, негативные состояния…

Это моя жизнь и мое служение Богу в этом заключается. А тут получилось, что с этой нищенкой одномоментно все эти состояния безисходности прожила и Настя. Я то прожил и тут же все сбалансировал в себе, а Настю «накрыло» эмоциями. И понеслось…

Неожиданный внутренний эмоциональный срыв перешел в матерщину и крик, оскорбление меня во всем, что только можно было придумать… В общем, мне кое-как удалось ее успокоить. Но не тут-то было.

Неожиданно для себя и для меня она решила лететь в Москву. Поссорившись со мной и даже не видя, что я готов разрешить ее сложно-эмоциональную задачу, которая проявилась в ней, она все таки улетела в Москву, правда уже на следующий день.

Вечером этого же дня я отвез ее в Симферополь, остался с ней в гостинице и утром, когда она полностью пришла уже в норму и осознала что произошло, перед посадкой в самолет, просила простить её. Просила моего согласия остаться в Крыму, у меня. Я не был против, но мы оба понимали, что неизбежное уже свершилось и ход событий пошел по другому Пути.

Как мне не сложно было расставание с ней, как с другом, я предложил все же ей довести до конца начатое и раз уж она собралась в Москву лететь — значит так тому и быть. А когда она решит прилететь обратно, я рад буду встрече с ней.

Но, встречи этой уже не суждено было осуществиться. После ее улета я осознал, что хочу ехать к о. Серафиму и остаться у него на неопределенное время. О своем желании я сообщил ей, на что услышал в ответ, что я первый, кто сбегает от нее в монастырь. Обычно она первой уходила и прекращала отношения.

Но, отношения — отношениями, а там где нет согласия и веры — нет и Любви. Там нет Бога, ибо Бог и есть Любовь, готовность к приятию всего, что только существует в мире, видимое и не видимое нашими глазами, познанное и не познанное. 

***
Выходит, что прежний образ жизни уже не интересен мне. Я вообще уже не могу представить себе жизни в миру. Но, это объяснимо, ведь будучи одним целым с образом жизни в общине, живущей по монастырскому уставу, я перенимаю их способ восприятия мира и отказавшись временно от своего, не могу уже даже представить себе как могу жить в миру.

Мой новый образ жизни еще не определен полностью в силу этого, однако известно точно, что я должен уметь быть и в миру и вне мира. Что это и как — понятия не имею, наверное как и думал ранее, в миру — это внешнее служение, а вне мира — это внутреннее. Но опять не понятно, как оно может быть разделено, если задачей моей является объединения внутреннего и внешнего?

Ну, да Бог с этим, со временем разберусь во всем. Сегодня и без того хлопот хватает хоть и выходной день. Надо обязательно обсудить все с о. Серафимом по его возвращению. Может через него и получу ответ.

***
Не выпускаю из рук четок, подаренных мне о. Серафимом. Он их привез из Иерусалима для себя, и в самом начале моего пребывания в общине подарил мне. Я как-то пришел в свою келью, а там на постели четки лежат из дерева зеленоватого цвета. Понял, что подарок от о. Серафима.

Миловать — это со старославянского любить, помиловать — дать познать любовь, стремиться к познанию Бога в своем Сердце. Ведь именно там Он и пребывает первоначально. Хотя, он пребывает во всем внутреннем и внешнем мире, но достаточно просто одной условной точки для того, что бы выстроить взаимодействие с Ним в себе.

И только снаружи возникает дисбаланс — внимание внутрь направляешь свое и там остаешься сосредоточен на обращении к Богу вновь и вновь: Господи, помилуй! и Он милует, являя Себя в тебе и проявляя Себя снаружи в уравновешивании всех событий. Так и вершится минута за минутой, час за часом, день за днем молитва.

А сегодня еще и день рождения, свободный воскресный день, в течении которого я постоянно нахожусь у Знаменской иконы БогоМатери. И Она помогает мне прожить его. А пальцы сами перебирают шарики четок, отсчитывая в который раз снова и снова внутренне произнесенные слова, обращенные к Единому. И в этих словах звучит и призыв к БогоМатери и к Богу-Отцу. Ох и не простой выдался день. 

***
В обед приехали отец с родственниками, привезли арбуз, торт и бутыль вина. Арбуз и торт забрал, от вина отказался. Потом уже позже выяснилось, что нужда в хорошем вине всегда есть при храме — требуется для причастия. Но, было уже поздно. Они поздравив меня уехали.

***
21 июля. Сегодня празднование Казанской иконы Божьей Матери. Ох и трудно дался день. Приехала Настя и сразу уехала, отказавшись остаться в монастыре. Она просто не может здесь даже находиться. И это не удивительно: меня всего «ломает» весь день. Пошел помолился у Знаменской иконы. Отпустило.

Если со мной такое происходит, то что же происходит с ней при этом? Стоит только вспомнить тот случай в Севастополе с нищенкой. Чуть позже она звонила и просила меня приехать в Феодосию, где она остановилась, но ведь я «не выездной» без благословения, а с о. Серафимом связи нет. Помолился и получил ответ, который озвучил Насте: приезжай сама в храм.

Она согласилась, но через некоторое время перезвонила и сказала что не приедет: бензина много сожжет. Я внутренне улыбнулся и сказал, что ехать не нужно, я все равно буду занят. Она вновь обвинила меня в предательстве.

Вот уже в этих ее действиях я и узрел факт выманить меня из обители. Не знаю, что в этом такого, но все же, дело видимо в послушании. Нет благословения на выход за пределы обители — нет и выхода. Отказался исполнить послушание — возвеличил свою волю над волей Божьей.

А я ведь, приехав к о. Серафиму, стал под его и Богородицы попечительство. Он же не благословлял меня на поездку к Насте сегодня. Нет моей воли в теперешних действиях. Приедет он, получу благословение покинуть обитель — сам тогда и буду решать куда и как мне ехать. А пока его воля — это воля Единого. 

Постарался все это объяснить Насте, но в ответ услышал о том, что я слабохарактерен и не способен принять самостоятельно волевое решение. А принятое мною решения не выезжать — разве не является волевым? )))

Для себя решил: как приедет о. Серафим — переговорю с ним и если надо будет получить мне благословение на дальнейший Путь в миру — Я его получу. А пока я здесь нужен. Так что поступил я верно и сейчас у меня в душе мир и спокойствие (относительно того, что было часом ранее))

Однажды о. Серафим вел вечернюю службу не в храме, как обычно, а снаружи помещения храма. Так он делает в теплое время года иногда.

В храме было очень душно, а на улице свежо и молитва под звездным небом тоже становится особенной, не передаваемо удивительной. Словно ты не разделяешь себя стенами храма с окружающим тебя пространством, и становишься един с ним.

Так вот, в время службы, я открыл глаза и поднял их вверх. Глянул на стены храма и поразился увиденному: по всему периметру внешних стен храма их опоясывали светящиеся и мерцающие надписи на не известном мне языке, как писали старославянской вязью, но не кириллицей, а именно буквицей или глаголицей.

Примерно так выглядела опоясывающая храм надпись на стене
Стоял словно зачарованный, рассматривая мерцающие письмена на стенах и когда посмотрел на других, видят ли они их, понял что вижу их только я один. Когда же снова обратил свой взор к тому, что видел, светящейся вязи уже не было.

Видимы же они были мною как наложение в кинофильмах кадра на кадр, по всем стенам храма, которые я мог охватить взором, от самой крыши до фундамента храма. Видение было всего лишь несколько секунд, словно марево. Но то, что весь храм снаружи был опоясан этими надписями — удивительный факт значимости самого храма и места, в котором храм расположен.

Бог же есть сочетание обоих начал в человеке и во всем. Знамение — и есть образ единства, где сочетание мужского и женского символизирует Единое, как Бога. И Душа наша — это Пресвятая БогоМатерь, а Дух — БогоМладенец Христос в лоне Матери.

Так и тело наше человеческое хранит в себе душу, а душа — дух Божий. Единство их в служении друг другу и есть служение Единому.

Пока мы помним об этом, пока храним Образ в себе — Он пребывает в мире нашем. Но, как только утрачиваем помять о Нем — утрачиваем Его в себе и мир утрачивает Его в себе также. Так постараемся же во славу Единого быть хранителями Его и воспевать Его в себе каждой частицей себя, каждым мгновение своей жизни! 

Это Образ — и есть Священный Грааль! И каждый помнящий Его является Его хранителем и становится Им. У каждого свой Грааль. У каждого свое видение Бытия, свой Христос, своя БогоМатерь и свое, присущее только ему или ей видение и понимание Образа Божия, свой Бог.

Я понял сегодня, что начало новому этапу положено. Да, позавчера и вчера были дни, в течении которых мой мозг «взрывался» вновь и вновь, а мой организм претерпел немыслимые перегрузки и был неоднократно разобран на части и собран воедино вновь. 

Здесь древнейший храм под которым сокрыты подземные помещения. Святость этого места — неоспорима. Видение, которое мне пришлось наблюдать (со святящимися письменами на стенах храма) — защита храма от всего, что может произойти с ним.

А это значит, что он имеет колоссальное значение для всех, прямо или косвенно попадающих в него и для всего Крыма в целом (как и Крым — для всей планеты в целом). Чудотворность Богородичной иконы и двух десятков других икон, мироточивость которых подтверждает святость пребывания в них Духа Святого, посвященность первого храма Марии Магдалене — все это явные признаки святости храма.

И когда было в доме у них тихо, что случалось крайне редко по причине частого присутствия огромного количества родственников, приезжавших вместе с нами на праздники в пра-прадедовский дом, можно было слышать тиканье этих часов. Именно о них я и вспомнил в этот момент и вспомнил всех своих родственников. Они стояли все со мной, рядом и слушали тишину…

Захотелось сразу же в село, к родным. Я ведь не помню своего детства, лишь приблизительно кое-то из него. Моя память о детстве похожа на давно прочитанную книжку о чьем-то детстве, сюжет которой мне понятен, а многие эпизоды описанные в ней уже забыты.

Единственное, что сохранилось более-менее в моей памяти — так это события нескольких последних лет, когда мы приезжали в село на пару-тройку дней и вместе с нами в старом-старом прадедовском доме собиралось еще два с половиной — три десятка близких родственников, а дальние лишь заезжали в гости на несколько часов днем… 

***
Что я здесь делаю? Я просил благословения о. Серафима на труд в обители во славу Божью. Я его получил и исполняю порученное послушно. Возможно, я еще не завершил то, за чем прибыл сюда. Возможно, я лишь соприкоснувшись с чем-то удивительным и великим, увидел блеск и сияние «золота и драгоценностей», отвлекся и тут же забыл о своем дальнейшем Пути.

А представим себе на миг, что за этим сиянием что может отвлечь, есть Истина. И она в неком «сосуде», что назван Святым Граалем… Ищущий материальное — материальное и получает. А тот кто ищет Дух Божий — Им и становится. Нужно лишь «дойти» к нему, пройти необходимый Путь.

Вот и я, позарившись на блеск драгоценностей и видя перед собой призрачный Грааль, забыл об Истине и лишь прикоснувшись к драгоценностям сам становлюсь тем драконом, который стерег их от меня и был убит мною не ради них, а ради достижения Истины. Только вот приближаясь к Истине, мы забываем о ней самой и заримся на материальное. Слава тебе, Господи! Слава во веки!

***
Возникает впечатление, словно меня кто-то или что-то хочет изгнать из этого места. А я-то точно знаю, что мое пребывание здесь — не случайно. Я даже оградил себя от излишних выездов без излишней надобности за пределы села, в котором находится наш храм.

25 июля. Каждое утро все труднее вставать. Если ранее просыпался сам, то теперь лишь по звону колокола, призывающего на утреннюю. А что будет потом? Сколько я так еще выдержу?

Выйдя в храм на утренней, снова пришел к выводу, что не могу покинуть этого места. Мне просто некуда идти.

В Севастополе я выехал со снимаемого помещения, забрав с собой все свое движимое имущество и вещи. Не знаю, что мне определил Всевышний в миру, но здесь я на обучении и нужно достойно сдать экзамен.

Когда о. Серафим благословит — тогда и уйду. А для того, что бы получить его благословение, я сам должен знать чего нужно от меня миру и как мне в нем жить. Так что здесь мне пребывать пока еще долго.

Выехать самочинно — значит ослушаться настоятеля. Что мною руководит? Жажда получения оплаты за проведенную встречу? Что будет если я отменю намеченную встречу?

Я не получу денег и не смогу помочь тем, кому нужна моя помощь. Что в этом первично: деньги или помощь? 

Омовение ног Христом своим ученикам на Тайной Вечере
Провести встречу там, где нахожусь я — не возможно. Значит, мне не дано участвовать в ней сейчас. Но, ведь я и стремился к тому, что бы уйти от своей практики. Вот и выходит, что Бог сподвигает меня на то, чего я хотел.

***
Вечером «разрулил» все возможные встречи, о которых были предварительные договоренности со мной. Оказалось что Ася и Фрося — девушки с которыми должен был провести встречу, нуждаются в моей помощи психокорректора более, нежели в посещении мест Силы.

А чем наш древний храм не место Силы? Москвичи-родноверы хотели попасть в храм Солнца и куда-то еще и уж точно сюда не приедут. Расскажу родноверам по телефонной связи как и куда идти — пусть идут сами. А девчонок приглашу приехать сюда. 
Вечером этого же дня откровенно поговорили с Асей по телефону о послушании. И еще одно событие состоялось: также неожиданно к нам приехала большая группа паломников, человек 45 и г. Сумы.

Ночевали они в храме и поэтому мы с Павлом всю ночь находились в храме пока они там спали. Благословения на размещение их в храме от о. Серафима не было, но и разместить их тоже было негде. Вот и пришлось всю ночь не смыкая глаз в молитве провести.

И вот в такие минуты может случиться с человеком непоправимое — он, находясь в безконтрольном эмоциональном состоянии, может нанести вред как самому себе, так и и тем, кто рядом с ним, в том числе и обстановке храма и тем чудотворным иконам, что в нем находятся.

Я понимал, что все зависит от нашей веры и если верить, что все обойдется — так и будет. Но я не мог этого объяснить Павлу и потому решил поддержать его в ночном молитвенном бдении чтобы поддержать в нем веру в то, что все будет хорошо. Так и получилось.

Информационная блокада закончилась для меня и я готов. Лишние встречи отсеялись , нужные — остались. Слава Богу за все!

28 июля. Не стоит совмещать практику послушания со встречами. Вчера весь день провел в поездках, забрав ноутбук и планшет в Севастополе. Сегодня днем, когда пас коров, беседовал с Фросей.

Ася и Фрося приехали со мной и сейчас находятся здесь, в общине при храме. Побеседовал с Фросей, обсудив ее вопросы, потом была еще беседа с ребятами из Воронежа, которые приехали ко мне и тоже остались при храме на несколько дней.

***
Ох и не просто все совместить — и пасти коров, при этом не утрачивая молитвы, иначе они просто разбегутся в разные стороны по лесу в горы, вести беседу с присутствующими, разбирая из программы, для чего необходимо «включаться» в них и сопровождая мыслеобразы, искать пути разрешения ситуаций.

Пора это прекратить. Либо коровы и молитва, либо — встречи и разрешение психологических вопросов. Да и встречи мои не приносят мне никакой финансовой выгоды.

Я лишь утрачиваю внутреннюю стабильность и потом сложно восстанавливаю молитву в себе. А о физической и эмоциональной усталости при этом я даже и не говорю, настолько она бывает сильна при совмещении.

Футболка вся изорвана, живого места на ней нет. Но прежде, утром сразу после завтрака при прочтении благодарственной молитвы я услышал внутри себя фразу, произнесенную мною же: «Господи, утверди меня в вере!».

Эту фразу я уже слышал ранее в себе, после чего три дня с неусыпной молитвой вычитывал «Псалтирь», после посещения монастыря и беседы со старцем. Ничего легкого это не предвещало и было знаком того, что следует мне ожидать каких-то эмоциональных нестабильных ситуаций и чего-то необычного снова.

Помочь мне было некому, и пришлось все это проделать самому. Потом нашел коз, прибившихся к стаду, гулявшему по соседству и так же по одной тоже отвел на хоздвор.
Вначале, когда бегал за ними — ругался про себя на коров и коз.

Потом опомнился и понял что утратил молитву, а с ней утратил и внутренний баланс, что почувствовали тут же животные которых выпасал и воспользовавшись этим, разбежались в разные стороны по склонам гор, поросших низкорослым лесом.

Все началось с того момента, когда я стал просматривать в интернете, которым можно было пользоваться на планшете свою переписку с другими людьми и читать полученную почту.

Вот она «икона», о которой говорили старцы. Кому мы молимся? Мониторам смартфонов и планшетов, ноутбуков и компьютеров. Именно об этой «иконе» вещали святые отцы, когда говорили что придет время и с приходом антихриста все станут молиться его «образу».

А суть в чем? В том, что когда мы увлечены, мы забываем о том, что Бог — в нас. Мы вообще обо всем забываем. Это и есть не объединение, а разъединение себя.

***
Вчера вечером еле дополз до кельи. Думал, сил не будет вовсе после выпаса коров и «плясок» с ними, общения с Фросей до обеда и с ребятами из Воронежа после обеда. Наверное, следует установить для желающих пообщаться со мной посильную финансовую или физическую помощь храму.

***
30 июля. С утра снова прозвучало во мне: «Господи, утверди меня в вере!». Понял, что нужно быть готовым ко всему. Весь день в голову «лезут» посторонние мысли.
Решил отказаться от поездки в Латвия по приглашению моей знакомой, которая хочет там что бы я провел комплекс встреч и семинаров.

Ну, нет у меня сейчас нужной суммы денег на оформление визы и нет у меня благословения настоятеля на выезд за пределы подворья и поездку в Латвию. Уж больно все накладно получается: $1000 туда и обратно, при том, что у меня нет даже части этой суммы.

Удалил все свои телефоны с сайтов и из статей. Сайты пока закрывать не стал, только удалил всю контактную информацию о себе. Устал уже от звонков: отдачи ни какой, консультации по телефону провожу, а никто даже не додумается денег переслать на банковскую карту.

Поговорили, разрешили и все. А я после этих разговоров разгребаю в себе все что «взял» во время беседы. А тут еще и своих ситуаций в общине хватает. Все, нет меня!

Пока еще держусь, слава Богу. Очень мало и редко общаюсь с теми кто рядом. У каждого свои дела и праздно беседовать не приходится — просто нет времени на это. В общем, смирение и послушание даются мне с большим трудом.

Идет какое-то противостояние всему. А еще днем услышал внутри себя: «Все! Началось!». И таки началось… Значит момент перехода уже близок и теперь будет все только еще сложнее.

Ускоряясь во времени, события будут нестись лавиной, только держись. Это мой мир и я его придумал таким, каким вижу сам. А посему, чего с самим собой соперничать и спорить? Нужно лишь иметь согласие внутри себя и тогда внешнее согласуется с внутренним.

***
Вижу себя в образе о. Серафима и других, кто рядом… Отвечаю себе самому благословением на грядущий Путь… Какие-то странные процессы происходят во мне. То слабость, то голод, то тошнота до рвоты. Еле держусь на ногах. Сколько еще так протяну? Устал…

31 июля. Для меня существует три (или более) варианта того, как далее будут развиваться события моей жизни. Учитывая тот факт, что возвращаться к прогулкам по местам Силы в Крыму и на Украине я не намерен, то остается следующее:

1). Остаться при храме (что маловероятно уже) и пока быть послушником, а позже возможно принять постриг;
2). Вернуться к своим родным — маме и бабушке, и жить с ними, помогая им во всем (по сути то же самое что и остаться при храме) и пребывая в послушании им;
3). Уехать жить к дедушке по отцу в село;
4). Восстановить отношения с бывшей женой и учитывая тот факт, что мы венчаны и состоим в церковном браке, жить в браке.

Возвращение к родным будет тяжелым испытанием. Вообще, из всех перечисленных выше пунктов нет ни одного приемлемого. Все они не просты для меня. Но, вот чего я сам хочу — не знаю. Знаю только, что хочу исполнить в полной мере свое предназначение.

Возвращение к родственникам — тяжелый Путь. Остаться при храме? Но вода здесь настолько насыщена известковыми отложениями, что мне кажется я скоро уже буду скрипеть как не смазанная деталь.

Да и нахождение мое при храме, в общине, дается мне тяжким эмоциональным трудом. Мне легче пройти весь путь в одиночестве, нежели с тем, что бы постоянно отлавливать в своей голове чужих тараканов. Да и труд физический меня уже просто доконал.

Я не умею делать спустя рукава и не умею отказывать. А это значит, что на все я трачу больше усилий чем кто-либо другой, да при этом еще эмоциональная нагрузка немаловажное значение имеет.

Личного времени нет, хочется иногда просто прогуляться окрестностями, сходить в горы, в лес… А как тут погуляешь, если только и занят трудом и никуда не отучишься даже в выходные дни без благословения настоятеля. Да и воскресный день остается только на то, что бы набраться сил на следующую неделю. Тут уж не до прогулок по горам))

Здесь, при храме, нет моей воли, я в послушании. Не будет моей воли и тогда, когда буду со своими родными. А с ним тоже очень все не просто. Как здесь, так и там я буду подчинен им но в отличии от пребывания в общине, у родных у меня будет все же больше свободы. Может быть следует сделать так: испросить благословения о. Серафима на то, что бы жить с родными, а сюда приезжать время от времени?

Есть еще один Путь, но он наименее вероятен для меня — это восстановить с бывшей женой отношения и жить с ней в церковном браке, как с законной женой, т.к. любые другие отношения вне церковного брака могут рассматриваться как сожительство с другими женщинами, а значит прелюбодеяние.

С точки зрения канонов православной церкви это будет верным, ведь я отказываюсь быть в согласии с волей, проявленной по отношению ко мне Единым и в противоречие ей, возвеличиваю свою волю над волей Божьей.

***
И еще один немаловажный фактор: с первого дня моего пребывания при храме я заметил, что словно стал забывать все то, о чем мне когда либо было известно. Я стал проживать одновременно и свою жизнь и жизнь каждого насельника в общине, не разделяя никого от себя.

Это происходило и происходит помимо моей воли, так было всегда и везде. Потому-то я всегда и старался жить отдельно от общества и даже на окраине, а не в густо населенных местах. Да, возможно это необходимый опыт и мне не стоит переживать по этому поводу, но я же помню все, просто не могу восстановить пока этого в памяти своей.

Как только смогу выйти из под влияния полей насельников общины — все восстановится. В любом случае, когда о. Серафим вернется, я расскажу ему обо всех своих мыслях и испрошу его совета. На что он даст благословение — то и буду исполнять как волю, проявленную Единым через него.

1 августа. Вчера после обеда появилась слабость. Прилег. Пока спал, руки от локтя до кистей стали отекать и терпнуть. Появилась боль в суставах. На вечернюю службу впервые не пошел, настолько физическое состояние было болезненным и дискомфортным.

Думал отосплюсь, а с утра все пройдет. Но, не тут-то было. Проснувшись утром, обнаружил что слабость усилилась, а руки ничего не слушаются. Все тело трясет как в лихорадке, но при всем этом я точно знаю что я здоров и болеть мне просто нечем.

В общем, работать я впервые за все время пребывания при храме физически вообще не мог. Из-за этого еще и эмоционально тяжело было. Мне казалось, что все только и думают о моем безделии, хотя многие другие действительно бездельничали и это считалось нормой. Я же себе такого позволить не мог, потому пошел на кухню помочь, что бы хоть чем-то быть полезным общине.

Сложилось такое впечатление, что мое состояние — психосоматическое, реакция моего организма на чрезмерные физические перегрузки, которым я его постоянно подвергал. Но, выполняя физическую работу с самого утра до позднего вечера, я не считал что перегружаю свой организм.

Да, труд был тяжел все эти прошедшие недели, но все же, не настолько ведь что бы вызвать психосоматическое состояние? Типа, перетрудился и организм сам себя решил обезопасить отдыхом от тяжелых физических нагрузок. Но, переговорив с одной из насельниц, узнал, что у нее именно такие симптомы, какие я чувствую в своем теле.

Да, я все более убеждаюсь в том, что это именно психосоматическое состояние. Словно тело отказывается подчиниться Духу и как капризный ребенок ведет себя крайне неподобающе. Умом понимаю что я здоров и со мной все должно быть в порядке, а тело не слушается и не способно подчиниться командам мозга.

Его словно аварийно отключили. Но, тогда какое же отношение мои ощущения имеют к тем припадкам и состояниям, которые проживает насельница с которой я беседовал накануне? Пошел снова к ней и подробно расспросил ее о всех проживаемых ею физических состояниях, о том как и когда они проявляются, как часто и как проходят.

Она рассказала мне, что это у всех, не только у нее такое проявляется. У кого — сложнее и тяжелее проходит, у кого — легче и быстрее, но все равно через какое-то время все повторяется с какой-то периодичностью. 

Отечность конечностей, головные боли, ломота во всех суставах, сердечные боли, боли в спине, руках, ногах… В общем, все через это проходят и неоднократно, но не все выдерживают. Многие просто сбегают из общины при храме. Храм ведь расположен над мощнейшим разломом и немудрено, что в какие-то периоды симптомы усиливаются.

А это значит, что в эти периоды через разлом проходит огромный энергетический поток, который при хорошей проводимости может быть благотворным, а если у человека много неразрешенных программ и его энергоканалы заблокированы — тогда скопление энергии в блоках вызывает боли в теле.

***
Понимаю, что лишь трудом и можно переврать эту психосоматику. Просто делать что необходимо и все. Делать с молитвой в Сердце и уме, а если нет сил — то произнося ее вслух. Бог все управит. Ведь это Он и сам в этих болях и состоянии. Они — это Он и есть и мое отношение к ним — это мое отношение к Нему.

После обеда пойду пасти коров. Нужно молитву в уме читать, что бы самого себя и своих мыслей не слышать, отвлечься от них на сколько это возможно, заместить их молитвой.

Тот, кого мы знаем как лукавого — и есть мы сами. Это наше физическое тело и мозг, как орган управления, заодно с телом.

Да, он существует. Но, он — часть Единого и это факт. Принимая его как проявление Божественной воли, мы принимаем Единое в себе, промысел Божий и тогда Бог и меняет нашу жизнь согласно нашей готовности (о чем мы можем и не знать вовсе).

***
Все происходящее — лишь словно призыв к тому, что бы покинуть храм. Но, для этого необходимо благословение о. Серафима. Вот несколько интересных моментов за последнее время, подтверждающих мои умозаключения:

Разговор с Аллой
Алла: я хочу пригласить тебя на прощу* в Зарваницу**.
Я: а что я там буду делать?
Алла: испрашивать благословение и прощение у Пресвятой Богородицы.
Я: так зачем мне ехать на Западную Украину к святыне греко-католиков, если я уже нахожусь в святейшем месте, где присутствует незримо сама Пресвятая Богородица? Если я давно нахожусь в доме Ее?
Алла: ну да, согласна.
Я: допустим, я согласился с тобой, но как осуществить поездку в Зарваницу если у меня на это нет благословения о. Серафима, которое он бы мне и не дал вовсе как православный священник. Ведь ехать из православного центра в греко-католический как-то не логично, даже абсурдно.
Алла: согласна, но вдруг ты захочешь и решишься…
*Проща — от слова прощать, просить прощения, помилования. Крестный ход которым идут паломники на Западной Украине для испрошения помилования у Бога. Чаще всего прощи совершаются по святым местам, с поклонами чудотворным иконам и поклонным крестам (стациям).
**Зарваница — греко-католический духовный центр в с. Зарваница Тернопольской области на Западной Украине, посвященный Пресвятой Богородице, где находится одна из чудотворных икон БМ «Зарваницкая».

Разговор с Надеждой
Надежда: у тебя есть шанс сейчас собраться и приехать в Феодосию.
Я: а зачем?
Надежда: что бы отвлечься от всех своих переживаний.
Я: то есть просто сбежать из общины, пусть и на короткое время?
Надежда: да, сбежать.
Я: но я не могу, нет настоятеля, а без его ведома и согласия я не могу нарушить данное самому себе, а значит и Богу, обещание не покидать подворье храма…
Вот два реальных примера, когда близкие тебе люди не осознавая всей ответственности происходящего и предстоящего толкают тебя на совершение проступка — нарушить данный тобою обет. К сожалению, так же поступает и моя бывшая супруга, говоря мне о том, что бы я бросил все и приехал в гости.

***
В общем, и мое пребывание здесь, при храме, и мои проживания — все это воля Сущего. Тем более, скоро престольный праздник в честь св. Марии Магдалены. А это — немаловажное событие, как я понимаю.

Второе пришествие Христа — индивидуально для каждого. И это вовсе не значит, что Христос придет как человек. Он придет в каждом из нас и осознание себя в Нем и Его в себе — и есть то самое второе Его пришествие.

Иисус сказал: «…будьте же и вы готовы, ибо в который час не подумаете, придет Сын Человеческий». А это значит, что придет Он к каждому в свой час, а не ко всем сразу, ибо в Духе Святом лишь все могут быть едины. А это и есть Царствие Божие.

Попытаемся поразмыслить еще. Пусть Бог простит меня, если я буду не прав. Но, если верить Ему, Он и есть Любовь, а значит — понимание и сострадание. Мне же необходимо разобраться самому во всем. ведь никто этого мне не подскажет.

Опыт становится опытом лишь тогда, когда человек сам его обретает и не в теории, через разъяснения других, а в практике, через самостоятельное прохождение и проживание событий своей жизни.

Я все размышляю о цели своего пребывания здесь, при храме. Христос принес благую весть о Любви к ближнему. Эта весть распространилась как учение по всюду. В первую очередь данное учение, как готовность к приятию нового восприятия мира была необходима иудеям, считавшим себя богоизбранным народом.

А это, по сути, и есть гордыня — возвышение себя над другими. Значит Он пришел к ним целенаправленно и преднамеренно.

Учение, которое призвано было изменить мир многих людей, получило распространение по всему миру. Но, если есть враг, то он старается в таком случае вести «партизанскую» войну и замаскировавшись, как шпион «подрывает» нас изнутри.

Двухтысячелетний опыт старчества показывает, что учение Христа живо и теперь. При этом, выходит что адаптировавшийся под наш внутренний мир, враг становится все более изощреннее в своих каверзах. Но, учение тем и универсально, что оно само в себе уже развито, ведь оно и есть — сам Бог, а враг лишь часть Его и не самая великая.

Как же познать Истину? Как уверовать безоговорочно и окончательно? Или это и есть то самое стяжание (приобретение) Духа Святого, когда враг в тебе сеет сомнения, а ты снова и снова возвращаешь себя в целостное состояние. Утрачивая веры, ты стремишься ее обрести вновь. И так — постоянно?

Может быть об этом писал св. Силуан Афонский, восклицая чуть ли не в каждой фразе писания: «Господи, зачем ты покинул меня?». При том что он был стяжателем Святого Духа, он каждый раз восклицал об утрате Его в себе. Значит ли это, что осознавая это, он обретал Его вновь, будучи в своих помысла устремлен на постоянное воссоединение с Богом?

Что нам дает монашество? Полное самоотречение от мира людского и постоянное стремление к миру горнему? Но истинен ли тот монах, что не помнит о людях, если они являются образом и подобием Божьим?

Можно и нужно всегда помнить о мире, но видеть его таковым, каким изначально создал его Сущий, единым с горним миром, Царствием Небесным. Но, если на востоке есть три пути развития человека — Человека, Земли и Неба, то по всей вероятности монашество в христианстве — это не что иное, как путь Неба.

Чувствую себя неким изгоем: свой — среди чужих, чужой — среди своих. Объясниться с православным священником просто не возможно, тебя сразу же принимают в штыки. Мое мировоззрение отличается от догматичного.

Мир же воспринимает меня несколько иначе, также не понимая о том, что я говорю и пишу в своих статьях. Но и в одном и в другом случаях речь шла и идет о Любви. И при всем этом остается открытым вопрос: что же я все таки проживаю сейчас. Кто мне может дать ответ на мой вопрос?

Где мне найти такого человека, который может дать мне подтверждение тому, как я вижу мир? Может я и есть тот человек, которого я ищу? Если Христос индивидуален для каждого и в каждом и для всех Един в Духе, то его приход может быть только лишь в стяжании Духа Святого в себе. А это индивидуально для каждого и мы едины в Духе Святом все.

Ведь, если я стремлюсь призвать через имя Божье в постоянной молитве в свое Сердце Христа, как одну из ипостасей Бога Единого, и желаю что бы Он стал мною, то Сын, будучи Отцом, становится и мною. А я — Сыном и Отцом через Него.

И все это возможно лишь при стяжании Духа Святого, приобщения к Нему, становясь Единым с Ним. И в Духе Святом вершится существующая реальность Бытия, и в Нем же даются все ответы, ибо Он и есть — все вопросы и ответы.

***
Понятно, что образ «Знамения» — это объединение двух начал — мужского и женского в Едином. Но, как же все это перекликается с происходящим во мне и со мной здесь?

Что это за внутренние противостояния, которые я проживаю? И почему оно проживаемо всеми, а не только мною? Может все таки это защитная функция организма и никаких искушений нет и вовсе?

Просто тело физически устало и мозг отключил некоторые функции, отвечающие за действия рук, ног и других частей тела. Словно что бы перегрузка не повлияла на психику.

Этим психосоматическое проявление проще и доступнее можно объяснить, в том числе и с позиции взаимодействия души, духа и тела. А это значит, что все в норме со мной и скоро все пройдет.

И все таки, противостояние продолжается. Я мог бы предположить, что я снова и снова «зеркалю» других, получая через ощущения в себе те ощущения, которые могут быть в них (и не всегда они их распознают), когда чувствую непреодолимую силу отторжения.

К примеру, Павел и другие насельники: Ольга, Параскева, Евдокия, с которыми мне не легко находиться рядом. В них все процессы внутри идут, а внешне они стараются их не показывать никому. А я все эти процессы вместе с ними проживаю и никуда от этого мне не деться.

А вот те, кто внешне проявляет свои эмоции — быстроотходчивы и с ними (как не странно) легко. В общем, монастырь — это удивительное пространство для тренировок. Ведь самое главное — осознанно воспринимать происходящее здесь, меняя это тем самым в себе.

Такого опыта не получишь в миру. Там совсем другие задачи, цели и их решения. Здесь — особые, да еще в тот период, когда нет настоятеля, имеющего возможность сбалансировать, «разрулить» на всех существующих планах происходящее.

Конечно, молитвы о. Серафима достигают Бога, и именно его молитвами держится вся обитель. Иначе бы уже все распалось бы. Но и это не все. Те задачи, с которыми оказались здесь собравшиеся вместе, дополняют и усиливают одна другую.

«Я вас 20 лет на один корабль собирал» — это о монастыре сказано в анекдоте.

Здесь, при храме, все тоже единое поле, в котором все соединилось и усилилось многократно. Все те же как и в миру «отзеркаливания» эмоций и переживаний — благостных и не очень.

Только разница в том, что в миру еще хоть как-то можно все объяснить, а здесь все настолько «дремучее», что иного пути как только прожить через покаяние и самопознание в молитве — не дано.

В миру ты являешься авторитетом, имеющим опыт, и способным разъяснить что и как случилось тому, кому это нужно. Здесь же авторитетов нет, кроме авторитета священника — духовного отца. Только он своими разъяснениями может дать подсказку к направлению действия.

Не стоит проявлять мне своего понимания здесь явно, т.к. это расценят не как помощь, а как желание возвысить себя над другими, гордыню и стремление возвыситься над священником. Ведь только он один знает какой дать совет и имеет доступ к Духу Святому.

Во всяком случае, так мыслят те, кто находится при храме.

***
Выходит, что Нью-Эйдж — это религия и она предназначена для «особых» людей, у которых тоже есть некий дар самоосознания. Христианство призвано было изменить старые религии в первую очередь для низших слоев населения, коих составляет около 80% от всего населения нашей планеты, а не для «просвещенных», которых 20%.

Так какая же религия должна прийти на смену закостенелому догматичному христианству? Я не отвергаю учение Христа, а лишь понимаю, что как во всем мире, так и в Его учении 70% приверженцев — это те, кто следует догмам безприкословно, а 20% — те, кто готов познать мир более широко, не отказываясь от догм.

И лишь 10% тех, кто осознает свое служение Богу, не как факт выполнения обязательств, а как суть своей жизни, как свое предназначение. И служение не обязательно должно проходить в алтаре.

Оно необходимо тем 70%, которые нуждаются в догмах. Храм Божий, в котором находится Алтарь Божий — это сам человек и его Сердце. Именно там пребывает и священник и диакон и литургия и причастие и те, кто причащается.

Там есть все. Но все это не возможно сохранить в себе, если нет внешнего объекта, соответствующего внутреннему. Без внутреннего нет и внешнего и наоборот. В этом Единое и проявлено.

А если христианство как религия (а не учение) вычленилось из иудаизма и стало отдельной религией, из которой потом появилась одна из форм протестантизма с арабской окраской — ислам (ставшая отдельной религией), то значит их христианства также может вычлениться и стать отдельным религиозным направлением с какими-либо эзотерическими примесями еще одна религия.

Именно такой религией стало направление Нью-Эйдж, которое всерьез никто не воспринимал и не воспринимает как религию. А оно таковым уже стало. И ни к чему хорошему, оно не ведет, но видимо так же нужно как и многие другие мистические направления, которые заводят человека в тупиковый путь познания Истины что бы он сам вышел из него.

А там где он этот путь проторит самостоятельно — там и другие за ним пойдут невидимой стежкой. Все это лишь разные способы познания Единого. Они не всегда, а часто именно ошибочны, но необходимы для некоторых людей. И все это, как ни странно, промысел Божий.

2 августа. Сегодня с утра снова пошло отрицание всего — нет духов (бесов), нет религии (церкви). Если всего этого нет, то что я здесь делаю? А если я здесь нахожусь, то значит на то есть воля Божья. А если есть Его воля, значит есть и и Его церковь. Тонкая работа лукавого )))

Заменим все эти мысли простым чтением Иисусовой молитвы в качестве эксперимента на весь день и отследим что будет происходить далее. Вести дневник — не самый лучший способ, т.к. по написанному в нем можно легко отследить за моими мыслями. Но, если с нами Бог — то кто против нас?

Брань идет.

«И когда они ели, Иисус взял хлеб, благословив, преломил и раздавая ученикам, сказал: Приимите, ядите. Сие есть Тело Мое. И взяв чашу и благодарив, подал им и сказал: пейте из нее все, ибо сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая во оставление грехов».

Чаша — это жизнь, Он сам, а вино — воля Его и хлеб — благословение Его. Испить чашу — прожить жизнь благочестиво и достояно, почитая во всем волю Единого, принимая все — и горести и радости как проявление Его воли и Любви Божьей, принимая во всем Его самого.

Нужно ли получать посвящение когда уже посвящен? Я готов к своему Пути, Гоподи! Направь меня к Истине, пребудь во мне и позволь пребывать мне в тебе вечно! Слава тебе, Господи! Слава!

Грааль — суть метафизическое приятие воли Сущего во всех проявлениях жизни вечной. Кровь — Его воля и испить Его Кровь — приять Его волю во всем, есть хлеб — Его Тело — стать Им. Не в этом ли суть Святой Литургии — в приобщении и причастии к Божественной Истине Бытия? Стать Единым.

***
Чего я жду от о. Серафима? Благословения. Именно это мне и нужно от него получить. Ведь это не просто благословение, а подтверждение правильности моего Пути, данное Богом через священника. Его благословение — это хлеб святой вечери, приобщение к Богу.

А моя благодарность Творцу — и есть обретение Чаши — готовность принимать мир таким, каким он создан Богом во всем своем многообразии по Его воле и промыслу. Апостол Павел сказал: «Злословят нас — мы благословляем; гонят нас — мы терпим (благодарим)».

***
Вечером приехал о. Серафим. Неожиданно и ребята приехали воронежские не 3-го, а 2-го, уезжавшие в Судак. На вечерней службе была исповедь и все мы — я и они — признались о. Серафиму что интересовались эзотерикой и местами Силы.

Так как это было уже давно и пройденным для меня этапом, я безприкословно подчинился требованию отречься от всего этого, как от содействия лукавому, пообещав о. Серафиму окончательно прекратить всю свою деятельность (хотя она и так уже была прекращена), связанную с местами Силы и сказал ему, что я прекращаю вещание своего сайта по этой же причине.

Все к этому и так уже давно шло, оставалось лишь это осуществить когда будет доступ в интернет. В общем, мое возвращение в Севастополь, как один из вариантов, сам собой отпал, будучи связан с этой прошлой деятельностью. Оставалось ждать развития дальнейших событий.

Может так статься, что о. Серафим и не даст мне благословения на отъезд. Тогда в этом случае остается один лишь вариант — испросить у него благословения на убытие к родным — маме и бабушке, для выполнения послушания им на всю оставшуюся жизнь, пока они сами не отпустят меня.

А если обяжет вернуться к жене — вернусь к ней безприкословно, но с одним условием: она приедет жить ко мне, а я уеду жить к дедушке. Там, у него и будем жить, если захочет.

4 августа. Престольный праздник храма — празднование дня св. Марии Магдалены. Вчера, получив от о. Серафима благословение вернуться к маме и бабушке, был готов действовать сразу же, собрав вещи и отбыв из общины незамедлительно, но он просил остаться на праздник.

Я согласился. Теперь чувствую, что мне что-то словно мешает уехать. Я боюсь ехать к маме и бабушке, т.к. понимаю что будет мне там ой как не легко. Об этом же говорил и о. Серафим вчера.

Не зря он вчера спросило меня, готов ли я пойти на такой шаг? Я ведь сам выбрал этот Путь и значит смогу пройти его осознанно, с верой и любовью в Сердце. Выходит, что другого Пути и нет у меня теперь.

А если бы я испросил благословения на возвращение в семью, он дал бы его мне? Он дал бы любое благословение, которое не будет вредить моей душе пройти свой земной Путь. Но, это уже не важно. Пора возвращаться. Пойду попрощаюсь — и в Путь. Слава Богу за все!

Индивидуальные путешествия по Крыму.

Оцените автора
( 2 оценки, среднее 5 из 5 )
Крым Места Силы
Добавить комментарий